Какими на самом деле были женщины, чьей красотой восхищались известные поэты и писатели

Какими на самом деле были женщины, чьей красотой восхищались известные поэты и писатели

Женщины не раз становились источником вдохновения гениальных писателей и поэтов. Мы знаем немало художников слова, которые с упоением и благоговением высекли в вечности образы своих возлюбленных. Но иногда музами великих оказывались далеко не идеальные девушки. Творцы влюблялись до потери памяти в прожигательниц жизни, замужних иностранок, вымогательниц и женщин с заурядной внешностью. Мы нашли портреты этих знаменитых женщин и узнали, что о них думали современники.

Полина Виардо рассорила Тургенева с матерью

«С губ сорвался последний вдохновенный звук — глаза не блестят и не сверкают — они меркнут, отягощенные счастьем, блаженным сознанием той красоты, которую удалось тебе выразить, той красоты, во след которой ты словно простираешь твои торжествующие, твои изнеможенные руки!»

«Проклятая цыганка», «сажа да кости и больше ничего!» — так говорила мать Тургенева о возлюбленной своего сына Полине Виардо. Художник Илья Репин писал: «На нее не надо было глядеть анфас — лицо было неправильно». Но великий писатель никого не слушал: он был ослеплен страстью.

Знаменитая оперная дива на всю жизнь приковала к себе Ивана Сергеевича. Из-за этой замужней иностранки писатель поссорился с матерью, отказался от наследства и любви многочисленных поклонниц. Он был одержим ею настолько, что на протяжении сорока лет жил бок о бок с мужем Полины — директором Итальянской оперы в Париже.

Жанна Дюваль изменяла Бодлеру

Кто изваял тебя из темноты ночной, Какой туземный Фауст, исчадие саванны? Ты пахнешь мускусом и табаком Гаваны, Полуночи дитя, мой идол роковой.

Шарль Бодлер презирал женщин, называл их «позором людского рода» и «божественной грязью». Но перед одной он все же не устоял. Танцовщицу и любительницу алкоголя Жанну Дюваль поэт величал своей Черной Венерой. В течение 20 лет он посвящал ей стихи и задаривал ее подарками.

Друзья же Бодлера отмечали, что эта женщина не отличалась ни умом, ни талантом, ни красотой. Она постоянно выпрашивала у поэта денег, вынуждала его влезать в долги, не ценила его творчество и изменяла ему при любом удобном случае. А Шарль Бодлер все ей прощал, продолжал восхищаться страстной натурой своей возлюбленной и исполнять ее капризы.

Жена Блока всем своим видом раздражала Ахматову

О, Святая, как ласковы свечи, Как отрадны Твои черты! Мне не слышны ни вздохи, ни речи, Но я верю: Милая — Ты.

Анна Ахматова не разделяла восторгов Александра Блока относительно супруги. Поэтесса не только называла Любовь Менделееву круглой дурой, но и весьма критично отзывалась о ее внешних данных: «Она была похожа на бегемота, поднявшегося на задние лапы. Глаза — щелки, нос — башмак, щеки — подушки».

Великий поэт не обращал внимания на злые языки и продолжал обожествлять свою избранницу: «Ты — мое Солнце, мое Небо, мое Блаженство. Я не могу без Тебя жить ни здесь, ни там. Ты Первая Моя Тайна и Последняя Моя Надежда. Моя жизнь вся без изъятий принадлежит Тебе с начала и до конца».

Эльза Триоле сводила с ума Луи Арагона и не только

В глубинах глаз твоих, где я блаженство пью, Все миллиарды звезд купаются, как в море. Там обретает смерть безвыходное горе, Там память навсегда я затерял свою. И если мир сметет кровавая гроза И люди вновь зажгут костры в потемках синих, Мне будет маяком сиять в морских пустынях Твой, Эльза, дивный взор, твои, мой друг, глаза.

Французская писательница, младшая сестра Лили Брик и жена поэта Луи Арагона классическим образцам красоты не соответствовала. Однако это не мешало ей сводить с ума многих талантливых современников.

Критик и писатель Виктор Шкловский так страдал от неразделенной любви к Эльзе, что даже написал об этом книгу «ZOO, или Письма не о любви». Анри Матисс нарисовал картину «Глаза Эльзы».

Надежда Хазина была для Мандельштама центром мира

Твой зрачок в небесной корке, Обращенный вдаль и ниц, Защищают оговорки Слабых, чующих ресниц. Будет он обожествленный Долго жить в родной стране — Омут ока удивленный, — Кинь его вдогонку мне. Он глядит уже охотно В мимолетные века Светлый, радужный, бесплотный, Умоляющий пока.

По словам Анны Ахматовой, жена русского поэта Осипа Мандельштама была некрасивой, но весьма очаровательной. Мандельштам влюбился в 19-летнюю Наденьку Хазину с первого взгляда. Она, несмотря на 8 лет разницы в возрасте, согласилась стать его женой.

Когда Надежда Яковлевна заболела, муж отправил ее на лечение к морю. Разлука была тяжелой, и Мандельштам писал письма, в которых говорил о своих чувствах: «Спасибо, Надик нежненький, целую лобик твой высокий. Какая ты прелестная, родная. Нет такого другого личика. „Встреча?“ Ты — моя встреча, вся жизнь моя. Я жду встречи с тобой, я живу тобой».

Внимание: в июле 2026 года мы исправили фактические неточности в этой статье.
Фото на превью unknown author / Wikimedia Commons

Комментарии

Уведомления

Читаешь и веришь писателям, поэтам, веришь их светлой и сердечной любви. Такие стихи и слова посвящали. И носы, глаза, щеки совершенно ни при чем.

Ответить

Способность женщины притягивать мужчин, имеет лишь слабое отношение к её физическому виду.

Я понимаю, что это может удивлять инстаграмное поколение, но не нас же. Харизма, шарм, личность - это вещи, которые очень сложно передать фотографией.

Ответить

За презрительно отношение Бодлера к женщинам к нему прилетела карма в виде женщины презирающей его.

Ответить

В те времена можно было стать звездой и с вполне заурядной внешностью. Значит, ценили прежде всего талант, обаяние. Сейчас -вряд ли. Подавай безупречную фигуру и лицо, иначе бесполезно.

Ответить

Похожее