20+ светлых фото и историй от людей, которым обычный день вдруг подарил приятный сюрприз


Воздушные кружева, тончайшие оренбургские платки, затейливые свистульки — современные рукодельники до сих пор хранят традиции этих старинных народных промыслов. Эти изделия будто пропитаны запахом старины, но при этом чаще всего отлично смотрятся в интерьерах нашего времени и в нарядах нынешних модниц. И кстати, жостовскими бывают не только подносы, но и подушки, а матрешка вполне может быть сделана в виде котика.
«Моя бабушка умела плести кружево с детства. Все женщины в ее семье владели этим умением и учили плести с ранних лет своих детей. Жили они тогда в деревне Кожевниково. Очень часто бабушка со своей подругой встречались у кого-нибудь в доме и за неторопливым разговором целыми днями плели кружево. Сначала бабушка плела мерные кружева — для отделки скатертей и постельного белья. Мама рассказывает, что на ее подушке часто оказывалось до 30 пар коклюшек. Мама не могла понять, как бабушка не путается в этом множестве!» — рассказала девушка. А еще она показала фото, которое трепетно хранится в их семье.
Это мастерицы-кружевницы за работой. «Глядя на это фото, я чувствую незримую связь поколений. Никого с этой фотографии уже нет с нами. Но я помню и бабу Шуру Шайкину, и свою бабушку, и множество историй, связанных с ними», — говорит потомственная кружевница.
Это художник Виктор Иванович Евдокимов. Автор поста познакомилась с ним на выставке декоративно-прикладного искусства в Красноярске, а когда пришла к нему домой, будто попала в чудесный терем. Везде была резьба и городецкая роспись.
Кстати, эта работа выполнена не на доске, а на загрунтованном белой водоэмульсионной краской картоне, а текстура дерева была сделана с помощью посудомоечной губки. «Каждый раз, когда я преподаю в своем кружке городецкую роспись, я беру эту работу как образец. За много лет она уже поистрепалась, но все равно передает всю красоту и самобытность народного промысла», — говорит автор поста.
«За время работы над венцом я узнала, что подобные головные уборы носили девушки в Архангельской, Вологодской, Олонецкой и некоторых других губерниях», — рассказывает мастерица. Северные венцы делались в виде широких твердых обручей или высоких повязок. Сзади они скреплялись двумя широкими полосами узорной шелковой ткани или перевязывались широкой лентой. Как и кокошники, они украшались жемчугом, перламутровыми плашками и золотным шитьем.
«Я на досуге занимаюсь исторической реконструкцией и внезапно заинтересовалась финно-угорскими народами, в частности — мордвой. Почитала источники, слепила „усредненный“ женский костюм и уже успела в этом году съездить с нем на фестиваль», — говорит мастерица.

Муж у меня родом из села под Архангельском. Поехали как-то к его родителям в гости. Муж еще подмигивал: «Сюрприз тебе будет!» Ага, конечно. Что я в деревне не видела. Свекры нас встретили, позвали в избу. Я зашла, ахнула и выскочила обратно на улицу. Внутри было красиво как в сказке — все уставлено резной мебелью. Еще и с росписью. Говорю: «Вы меня в музей привезли?» А они хохочут. Оказалось, что свекор — мастер на все руки, и сейчас он увлекся резьбой по дереву и знаменитой северной мезенской росписью.
«Я подала заявление в колледж культуры, буду изучать декоративную керамику. С четверга — подготовительные курсы, нужно восстановить знания и сдать экзамен по живописи. Закончу учебу в юбилей — в 40 лет. Ну никогда не поздно же. Вот моя новая работа — роспись по керамике, прозрачная глазурь», — рассказывает будущая студентка.
Девушка рассказала, что этот столик сделал ее свекор. Сначала он находит подходящий материал, а потом уже в своей мастерской с помощью специального инструментария придает этим не самым симпатичным «буграм» приятный вид. Мастер делает и вазы, и медальоны, и карандашницы, и столики. «Всю свою жизнь свекор проработал охотоведом, поэтому уходя на пенсию, он не смог расстаться с лесом и выбрал себе, на мой взгляд, чудесное хобби», — улыбается невестка мастера.
Моя мама-путешественница. Съездила недавно в Оренбург. Вернулась с подарками для всей родни. А мне вручила крошечную коробочку. Я такая: «Мам, там салфетка, что ли?» А она смотрит и посмеивается. Я открыла и ахнула — внутри лежит простенькое колечко, а под ним белеет тончайший вязаный платок-паутинка. Мама говорит: «Мне местная мастерица сказала, что такой платок через кольцо можно протянуть. Попробуй!» И правда — паутинка легко проскользнула через то колечко из коробки. Вот это подарок! Теплый, уютный и такой тонкий платок. И красивый до невозможности — даже на работу теперь в нем хожу.
«Когда-то давно один близкий мне человек занимался вязаными пуховыми изделиями. Так я узнал, что тонкость платка нередко определяют по двум параметрам: проходит ли изделие через обручальное кольцо и помещается ли в гусином яйце», — рассказывает автор поста. По его словам, хорошая мастерица за месяц может связать две паутинки среднего размера или три палантина. И каждый платок — это целое художественное произведение, в которое вложено немало творческого труда и терпения.
История этих симпатичных игрушек насчитывает уже не один век. Сначала гончары лепили их на потеху из остатков глины, но примерно с конца XIX века производство свистулек превратилось в отдельный народный промысел.
В сквере стоит не только Аленушка, там есть деревянные скульптуры Бабы-яги, жар-птицы и старичка-боровичка. «Если кому интересно, где этот музей находится, то это Сергиево-Посадский район, конечная остановка маршрутки», — прокомментировал пост один из пользователей.

«Это фотки из поездки в Гжель. Рядом с заводом есть парк, где тоже все стилизовано под гжель — детская площадка, беседка, ротонда. Даже посуда в кафе — гжель. Из нее кофе и ватрушка вкуснее», — рассказывает женщина, которая побывала на экскурсии в местечке, где до сих пор хранят традиции народного промысла.
Это фото сделано на фабрике в Жостово. Здесь в сувенирной лавке можно купить вазы, тарелки, шкатулки, платки, подушки, ночные лампы, подстаканники, термосы, пазлы и даже новогодние шары! И вся эта красота будет со знаменитой жостовской росписью.

Киров для туриста открылся с неожиданной стороны. Он узнал, что каждая дымковская игрушка тут сделается вручную — от кусочка глины до финальной росписи. В каждой есть свой характер и настроение. А самому этому народному промыслу уже более 400 лет.

В городке Березино Минской области Беларуси есть музей деревянной ложки. Изначально это была личная коллекция одной из жительниц города. Сейчас в музее проводят мастер-классы от местных умельцев-ложкарей и народные фестивали, а каждая ложка в нем — настоящее произведение искусства.
Мастерица занимается декорированием валенок шерстью. «Это третьи валенки в моей жизни, которые я оформляю подобным образом — мериносовой шерстью. Первые были с изображением овечки. Теперь пришел черед декора в стиле павловопосадских платков», — рассказывает она.
Это Василек и Василинка. Рукодельница решила сделать этим куклам настоящие народные костюмы. Все затевалось ради вышивки яркого орнамента. За основу она взяла калинковичский строй белорусского народного костюма. Орнаменты и крой, конечно же, пришлось адаптировать под размер кукол (меньше 30 см).
А вот 25 человек, которые отправились в путешествие по родным краям и теперь сияют от счастья.











