Ну, прочитал я эту историю. Сорок лет. Муж ушёл. Она - каре. И - столица. Отдел. Кофе с шефом. Красота.
Слушайте, я, конечно, за женщин. Очень за. Я, знаете, мужчина слабый. Я вообще за равенство. Двумя руками.
Потому что ответственность - она же тяжёлая. Как мешок с картошкой на пятый этаж без лифта. Пускай её тащат те, кто сильнее.
А женщины сейчас пошли - ого-го. Скоро в ВДВ, в войска дяди Васи, будут роты из них формировать. Серьёзно говорю.
(снижаю голос, с усмешкой)
Я, правда, сам в ВДВ не служил. Я служил в других войсках. В "штабе, писарем". Всё, как положено. Ничего интересного. Не смотрите на меня так.
В общем, писарь - такая профессия, которая позволяет тебе быть где угодно и никем. Как швейцарский нож: вроде и открывалка, а вроде и нож. И все молчат.
Так вот про Настю.
Она, видите ли, "вдруг поняла, что её ничего не держит". Сорок лет - и вдруг. А до этого, значит, держало? Муж? Носки его?
Или просто привычка - как старый диван, на котором сидишь двадцать лет, и кажется, что он часть тебя?
А он ушёл. И сразу - ветер свободы. И шеф тут как тут.
А шеф, надо сказать, мужик хозяйственный. Не злой, не добрый - деловой. Он, может, и сам служил. Может, даже не писарем, а по-настоящему. Но суть не в этом.
Суть в том, что он десять лет смотрел на Настю и понимал: вот она, рабочая лошадка. Надёжная. Не скандальная. План закрывает. Но - замужем.
А замужняя дама для начальника - она как неучтённый бланк строгой отчётности. То больничный, то ребёнок, то муж недоволен.
И ждал он, Настя, не твоего развода, упаси боже. Он ждал, когда ты станешь мобильной. Когда цена твоего перемещения станет ниже, чем цена твоего таланта.
И вот теперь Вы - на повышении. В столицу. С видом на город. И думаете - счастье?
А я тебе скажу: это не счастье. Это перевод из одной части в другую. С повышением, но без выходных. Просто у новой должности - шкаф побольше, а зарплата чуть повыше.
Но Вы туда не за счастьем едете, девочка. Ты от боли бежишь. От той, что муж предпочёл помоложе.
И чтобы в поезде не плакать, ты взяла с собой работу. Много работы. Так много, что на личную жизнь уже просто не останется времени.
(с лёгкой грустью)
А это ведь и есть главный женский трюк: занять себя так, чтобы не думать. Чтобы к вечеру голова гудела, глаза слипались, и никакой мужчина уже не нужен. Потому что сил нет.
Но ведь, если разобраться, это и есть настоящая жизнь. Не сказка. А реальность. Так как в реальности всё просто. Муж ушёл - потому что ему стало легче. Шеф повысил - потому что ему стало выгоднее. Ты согласилась - потому что тебе стало не больно. И все вроде при деле. Все довольны.
Особенно мужчины, я вам скажу. Потому что мы, слабые, мы любим, когда сильные женщины берут на себя тяжести. Мы смотрим, как вы тащите, и думаем: "Молодцы. Настоящие десантницы". И даже завидуем по-доброму. Из своей канцелярии. Где я, между прочим, до сих пор числюсь.
А я, знаете, за эти годы много рапортов напечатал. И понял одну вещь. В жизни, как в армии, главное - правильно оформить документы.
Настя правильно оформила свой развод. Шеф правильно оформил её перевод. Все подписи стоят, печати мокрые, дело подшито.
Теперь она - начальник отдела. А он, бывший муж, где? А чёрт его знает. Где-то в гражданке. Без печати. Без приказа. Просто так. Выбыл в неизвестном направлении. Без отметки в военном билете. Ну, бывайте, Настя... Хотя какая вы теперь Настя? Вы теперь - Анастасия Батьковна. Начальник отдела. С подчинёнными, с премией, с видом на город. Не та, что в каре стриглась от горя, а та, что документы на повышение подписывает. Удачи Вам!Все сложится.
